Home Page

Апрель 1976. Hammersmith. Западный Лондон. Все посещают
клуб Red Cow? Могу поспорить, что найдется 10000 тех,
кто хотели бы там побывать. Именно тогда, AC/DC в нашу
жизнь по настоящему вошли AC/DC. Именно здесь они
впервые выступили в Англии - перед малочисленной, но
шокированной толпой. Это было знаковое место для
энергетики, живучести и рок-н-ролльного образа жизни.
Там почти не было охраны. Можно было запросто пройти за
кулисы и пообщаться с музыкантами группы. Но в этом не
было никакой необходимости, потому что после концерта
музыканты DC почти не переодевались, они так и выступали
в своей повседневной одежде - поэтому, по большому
счету, их было практически не возможно различить в
людской толпе. Только Энгус радикально менял свой
внешний облик. Создавалось впечатление, что он пытается
оставаться незаметным - просто парень был слишком молод,
чтобы выделяться!
«Хочешь выпить, приятель?». С этим предложением Бон
впервые обратился ко мне - и к нескольким другим, без
сомнения. Теперь, пока на концерт еще не собирались
большие толпы, похоже люди начали говорить о них, и в
The Red Cow заметно прибавилось народу, когда ребята
спустились в бар.
Малькольм Янг, как и его брат, предпочитал не
высовываться, вежливо потягивал пиво, тогда как Фил Рад
похоже собирался побить рекорд «как нахраться до
беспамятства побыстрее». Хотя, Марк Эванс, просто
куда-то испарился...
«Наверное, пошел куда-нибудь снять себе англичаночку!»,
подмигнул Скотт, который был самым общительным парнем в
группе. На самом деле, он быстро стал центром всеобщего
внимания.
Вокалист, который вне сцены казался таким же невысоким,
великолепно ориентировался в Лондоне - он был настоящим
знатоком рок тусовок и местных девиц.
«Мне по жизни надо две вещи, моя детка, и моя музыка», в
какой-то момент сказал он с улыбкой, и добавил, «Теперь
твоя очередь угощать, приятель!».
В этом был весь Скотт - он мог перепить кого угодно, но
любезно рассчитывал на ответное угощение. Через час, он
взял телефоны у примерно 50-ти человек находившихся в
пивной, однако, я уверен в том, что у него было две
записные книжки - одна для девчонок, и вторая для
парней. Возможно, тем самым он давал понять, что
последние для него не столь ценны?
Когда в последний раз мы видели Бона в тот вечер, он
уходил прихватив с собой по крайней мере двух девчонок,
одна из которых бросила офигевшего и очень пьяного
дружка. Я так понимаю, что он стал жертвой какого-то
нарочно спланированного Скоттом акта дружелюбия.