Kevin Coyne

Кевин Койн успел за свою жизнь и поработать в больнице для душевнобольных, и спеть с Siren, когда в конце 60-х его подписали на лэйбл Джона Пила Dandelion. Широкую известность он приобрел лишь в 70-х, начав сотрудничать с Virgin как сольный артист. Резкая, бескомпромиссная позиция скрывала за собой острую проницательность и понимание смысла человеческой жизни, и его агрессия эхом отразилась на творчестве Марка Смита и коллеги Койна но лейблу Джонни Роттена. Перед тем как начать творить музыку 21 века, Койн пережил нервный срыв. Как показывает «Room Full Of Fools», он не смягчился с годами. Сейчас Койн живет в Германии, где совмещает карьеру музыканта с карьерой художника.

Совсем недавно о Вас написали в The Independent. Какие, по-Вашему, газеты читают Ваши поклонники?

Меня очень поразило, скольким нравится то, что я делаю, и, как показывает мой веб-сайт, мои поклонники разбросаны по всему миру. Не знаю, какие газеты они читают, просто приятно, что им интересно мое творчество.

Трудно за 33 года в музыкальном бизнесе получить широкую известность?

Сейчас я пишу книги и считаю себя серьезным художником, часто устраиваю везде выставки. Я делаю многие вещи, которые ставят людей в тупик и порой отталкивают от меня. Недавно я снял документальный фильм для датского и немецкого телевидения, я снимал фильмы еще и во Франции, но здесь (в Англии — ред.) — никогда. Я живу в Германии, и, думаю, там можно сделать много интересного.

Почему Вы переехали в Германию?

Я развелся со своей женой и начал встречаться с другой женщиной. Потом я женился и, если обо мне можно так сказать, обосновался в Нюремберге. Долгие годы я играл с немецкими музыкантами, но на сегодняшний день в мою рок-группу входят двое американцев и англичанин. В Англии люди относятся к немцам не так, как к американцам, потому иногда в этом отношении возникают сложности.В 70-х Вы ломали стулья на сцене…

Я уже давным-давно переспал этим заниматься. Музыканты, с которыми я работаю, теперь сами являются частью шоу. Они с удовольствием участвуют во всем сумасшествии, которое творится на сцене.

Виниловые пластинки Kevin Coyne

Вы согласны с тем, что Вас прозвали «связующим звеном между 60-ми и панком»?

Кто-то так действительно сказал, не знаю кто. Я думаю, что панки, конечно, имеют ко мне отношение. Я знаком со многими людьми, такими, как Джон Лидон, Марк Смит, которые поддерживали то, что я делал. Очевидно, каким-то образом мое творчество на них повлияло; я слышал, что это так, но никто не говорил мне об этом прямо.

На Ваше творчество с первых дней оказывала влияние музыка блюзменов, черных музыкантов…

И до сих пор оказывает. Все, что они делали, наполнено эмоциональным содержанием. То, как они чувствовали, как выражали эти чувства, не могло пройти мимо меня. Их музыка звучит, на мой взгляд, честно, и именно честность привязывает меня к ним. Конечно, не все черные музыканты так честны, но те, музыку которых я слушал, очень честны — и такую же музыку пытаюсь играть я сам.

Вы работали в психбольницах, как и Алан Халл из Lindisfarne. Как это отразилось на Вашей музыке?

В течение трех с половиной лет я был терапевтом в больнице для душевнобольных. Я вел образовательные уроки но искусству. Это сильно повлияло на мое мировоззрение, и продолжает влиять по сей день. Другая сторона жизни, темная сторона, нельзя сказать, что притягивала меня, но, по крайней мере, я понял, что о ней следует говорить и даже петь. По чистой случайности в моей группе играл гитарист Питер Кертли, который достаточно долго работал с Аланом Халлом. Думаю, это логически связано.

Вы когда-нибудь могли предположить, что Энди Саммерс, который был участником Ва­шей группы в конце 70-х, добьется большой славы и удачи в The Police?

Я предполагал. Знаете, он очень хотел стать звездой. Мы все для него были лестницей к успеху. Кстати, мне очень нравится Энди, я до сих пор с ним общаюсь. Я думаю, он заслужил признание. Ему хотелось этого, и он своего добился. Он не относился к скромным тихоням, он всегда рвался к успеху, к большому успеху.

В 1981 году Вы пережили нервный срыв. Как Вы считаете, это случилось из-за музыки?

Думаю, да. Тогда пришлось пережить многое: тяжелую жизнь и успех, банкротство, признание ошибочных ценностей, крах иллюзий. К счастью, все прошло.

Вы переосмыслили ценности?

Я всегда занимался их переосмыслением. Я даже записал альбом под названием «Sanity Stomp», который вышел на Virgin. В середине этой пластинки идет речь, как мне кажется, об очень важных вещах. Когда становишься сумасшедшим, обычно узнаешь об этом последним.

Вы, однако, не переубедили Ваших сыновей заниматься тем же, чем занимаетесь Вы?

Нет-нет. Я во всем их поддерживаю и очень доволен тем, чем они занимаются.Один из них, Роберт, играет в Вашем новом альбоме «Room Full Of Fulls».

Да, и более того, он является соавтором большинства материала. Ему нравятся мои песни, я думаю, если бы не нравилось, мы бы просто не сработались. Я добавляю мелодии и некоторые музыкальные темы и очень доволен нашим сотрудничеством.

Альбом посвящен «всем тем людям, которые думают, что я стал дряхлым». Сейчас Вам 57; вы не ощущаете себя старым?

Я вообще не обращаю внимания на возраст, потому что творец — я не очень-то люблю это слово — не стареет. Он умирает на сцене или перед мольбертом; он не уходит на пенсию.

Какие первый и последний альбомы были куплены Вами?

Первой пластинкой была «Rockin’ Through The Rye» / «Hot Dog Buddy Buddy» Билла Хэйли и The Comets. Последний альбом назывался «Kings Of The Blues Guitar».

Какие рок-группы выступали на первом и на последнем концерте, на которых Вы присутствовали?

На первом в моей жизни концерте на ипподроме в Дерби выступал Клифф Ричард и The Difters, а также Уилли Харрис; это происходило во времена «Move It», когда Клифф был для нас аналогом Элвиса. Последним из выступлений, которые я видел, был концерт Питера Хэммилла в Нюремберге. Это парень, который мне очень нравится и которым я восхищаюсь, и просто мой друг.

Если бы Вы попали на необитаемый остров, какие 5 альбомов взяли бы с собой?

Один из них был бы «Don’t Be Cruel», сингл ансамбля Билла Блэка, второй — «Parker’s Mood» Чарли Паркера. Еше я взял бы что-нибудь из произведений Captain Beefheart, например, «Owed To Alex» из «Bat Chain Puller». Кроме того, «Lot Of Mind» The Fall. И пятой пластинкой стала бы «Hot Spot» рэппера Фокси Брауна.Какую музыку Вы бы хотели, чтобы исполнили на Ваших похоронах? Возможно, «Lamp Trimmed And Burning» Фреда МакДауэлла. Это оптимистичная, возвышенная вещь. В Германии я хорошо узнал, что такое тоска, тревога. Думаю, что смогу все это пережить.

ClassicRock№5

Рок-группы «На главную»